Заведующий инфекционным отделением детского ковидного госпиталя Алексей Николаев - Молодой Дальневосточник

Заведующий инфекционным отделением детского ковидного госпиталя Алексей Николаев

Алексей Николаев – заведующий инфекционным отделением детского ковидного госпиталя в Хабаровске — рассказал о второй волне новой коронавирусной инфекции, обмороках на работе и о том, почему карантин должен быть жестче.

— Алексей Михайлович, скажите, после того, как Вы и ваши коллеги перешли в «ковидное» отделение, нагрузка стала существенно больше?

— Я инфекционист, всегда работал в инфекционном отделении. Если говорить о моей работе как врача-инфекциониста, то нагрузка всегда была высокая. Работа в стационаре всегда тяжелая, еще и зависимости от сезона. Обращаемость у нас была по 40-50 человек за смену. Практически все – экстренные поступления. Плановых бывает не так много. Когда перешел в ковидный госпиталь, количество поступающих, наоборот, уменьшилось кратно. Пациенты не поступали сотнями, как в обыкновенной «инфекционке». Обращались один, два, три человека за день. Но практически всех их нужно было госпитализировать. Когда только госпиталь разворачивался, было такое, что 30 человек положили. Но обычно один-два. А тяжесть связана, в первую очередь, с характером работы – когда работаешь в «красной зоне», должен обеспечить себя средствами защиты – костюмом, респиратором, бахилами. Это, конечно, утомительно. Физическая нагрузка стала больше. А так.. И тогда с ног валился, и сейчас с ног валишься. Но физически, да, стало тяжелее. Случались у нас и обмороки – у тех, кто постарше. Были психологические срывы среди работников тоже.

— Можно ли говорить об особом иммунитете дальневосточников против инфекций, в том числе, и тех, которые приходят из Китая? Все-таки мы живем в непосредственной близости к КНР.

— Какого-то особенно иммунитета у дальневосточников нет. В каждом из регионов, где долго оседло живут люди, у них формируется иммунитет к вирусному и микробному контингенту этого ареала. Если житель Москвы приедет к нам – он заболеет. И наоборот. То есть, никакой географической особенности нет, мы устроены примерно одинаково, но если мы сменим регион, мы будем незащищены.

— Что можно сказать о достаточно низкой смертности, справедливость данных о которой уже чуть ли не ставят под сомнения?

— Люди гибнут. Это беда. Но у нас, действительно, смертность ниже. Это связано с несколькими вещами. Первое – Россия вошла в пандемию более подготовленная. Нам повезло, у нас сразу ввели трансграничные меры, это очень правильно. Второе – у нас развернули дополнительные сети ковидных госпиталей, это позволило инфицированных пациентов изолировать. К тому же было развернуто масштабное тестирование на ковид.

— Некоторые эксперты считают, что иммунитет нужно «заработать в бою» — то есть, переболеть всем, и тогда все сразу получат на будущее «защиту» от вируса. И чуть ли не специально заражать нужно население, чтобы поскорее процесс пошел.

— Вот на Западе тоже считали, что нужно просто переболеть и все. И потому столкнулись с таким бедствием. В частности, в США был предложен такой подход. И потом там «пачками» людей грузили в передвижные морги… Всех перезаражать – это какой-то закон джунглей,  попахивает фашизмом. Это дико звучит! Надо биться за каждую жизнь. Но ведь в США и система здравоохранения совсем иная. Она расслоена по качеству услуг и достаточно дорогая. У нас вот есть обязательное медицинское страхование, а в США этого нет. У них сейчас, можно сказать, наблюдается паралич власти. Как у нас в поздний советский период.

— И из Всемирной организации здравоохранения они вышли…

— Да, а это означает, что теперь невозможно проследить их реальную статистику по ковиду. Раньше они пеняли на Китай. Отмечу, что США имеет очень развитые пассажирские связи с миром. Потому США во всем поступает неправильно. У них от карантина рушится экономика, они и не вводят такие строгие ограничения. Китай при этом очень жестко ограничил въезд-выезд. Раньше я к Китаю относился с подозрением. А когда ковид вспыхнул в Европе – когда полыхнуло в Италии, достаточно богатой стране с хорошим здравоохранением, я понял, правильно делал Китай. Мое мнение – так надо еще более жесткие меры вводить. Наши власти достаточно суровые меры ввели, я полностью с ними согласен. И, опять же, считаю, что можно и нужно было более жестко.а

— Достаточно распространено было и у нас, в России, мнение о том, что якобы нет никакой пандемии, все это выдумано.

— Когда меня спрашивали, вымысел это или нет, я спрашивал в ответ: когда-нибудь вы видели, чтобы такое количество больниц разворачивалось с патологией? И чтобы все больницы были забиты? Такого не было. Я за свой 41 год подобного не видел. Это все не шутки.

— Будет вторая волна?

— Она будет. Насколько сильной, покажет время. Если не примем меры, она точно будет сильнее и опаснее. Например, как сезонные инфекции, тот же грипп. Когда начинает долго светить солнце, грипп прячется, но остается в популяции. На ковид солнце действует не так, как и я сам ожидал. Честно говоря, я думал, к маю он уже будет уходить, но нет. Но страна ведь не может жить в условиях постоянного карантина. Благодаря введенным мерам у нас, действительно, было спасено много жизней. Но и экономика должна работать. Потому постепенно снимаются ограничения. Люди начнут контактировать друг с другом